Замечательный юморист дал единственный концерт в Иркутске. Мы снова встретились.
Ефим Шифрин выступал у нас не раз. Последний -- в прошлом году. Тогда мы тоже встречались и делали интервью. Его концерт -- настоящий праздник для зрителей, вечер отдыха, где царствует смех, смех и еще раз смех. Публика заходится от хохота, одни держатся за живот ("Ой, не могу!"), другие -- за сердце, у третьих вообще тушь течет по щекам из-за слез... Кажется, дай ему прочитать надпись на автобусном билете -- и он устроит такое шоу, что умрешь со смеху!
-- Ефим, вы приехали к нам с новой потрясающей программой...
-- Вам правда понравилось? (Господи боже мой, он еще сомневается?!).
-- Очень! В связи с этим вопросы о репертуаре, об авторах. Легко вам находить новые смешные рассказы, обновлять программу?
-- Каждый год стараюсь обновлять свою программу. Но что-то оставляю. Потому что зрители в записках просят повторить полюбившиеся вещи. За те годы, что я на эстраде, сложился круг авторов, с которыми я сотрудничаю постоянно. У них бывают урожайные годы и бывают менее урожайные. Точно так же, как и у артистов: складывается сезон удачный и менее удачный. Сейчас с текстами вроде все в порядке. На эстраде появились молодые. Я часто и с удовольствием называю имя Жени Шестакова. Вроде бы мальчик-провинциал (он из Томска), недавно в Москве, а уже такой маститый! Вся эта серия про Толика -- немножко лубочная, народная -- его стихия. Почти три четверти репертуара Хазанова сегодня принадлежит ему. А недавно я открыл "Комсомолку", там "Прямая линия" со Жванецким, где он просто настаивает на том, чтобы запомнили это имя -- Евгений Шестаков. Сам Женя не читает своих произведений, мы не видим его на экране, но он уже очень крепкий мастер -- без сомнения. Профессионал.
-- Цитата из Шифрина: "Главное -- легко ко всему относиться. С юмором". Вы сами этому следуете?
-- Стараюсь. Это из монолога Толи Трушкина, который, кстати, я сохраняю в репертуаре, не могу с ним расстаться, потому что жизнь наша никак не меняется и рецепт для нее существует один: надо легко ко всему относиться. Не думаю, что у меня это получается всегда, но чувство юмора, конечно, вещь спасительная. Что у актеров, что у людей других профессий. Даже в самую горькую минуту оно как бы вытаскивает за волосы и заставляет посмотреть на все немного со стороны. И тогда думаешь: нет, вроде и напасть не такая уж страшная, у других -- еще хуже. Конечно, может быть, и не всегда получается относиться весело ко всему, но с таким легким, лукавым прищуром, с иронией уже и дышишь как-то легче.
-- Мы смеемся на ваших концертах. А вы на чьих?
-- Да у меня как-то не получается ходить на концерты своих коллег, потому что вечерами я сам работаю. И потом, мы все ловим себя на том, что следим все-таки за тем, как это сделано. То есть за технологией. Наверное, это немного похоже на то, как повар, пробуя блюдо, в первую очередь не получает от этого удовольствия, а размышляет, каким образом это сделано, знает ли он рецепт этого блюда. Поэтому, когда приходишь к коллеге, все время смотришь, как сделано, как это у него так получается, есть ли какие-то свежие идеи, темы...
А смеюсь я, честно говоря, над вещами такими... нетекстовыми. Меня забавляет ситуационный юмор. Например, сижу в гостинице, по телевизору показывают старую французскую комедию "Замороженный" с Луи де Фюнесом. И я не перестаю поражаться этому комическому запалу. Как это у него! Сколько ужимок, мимики приходится на секунду времени, сколько потрясающей энергии, стихии! Французский юмор сплавлен с пантомимой. Комики такого класса -- это то, что может меня рассмешить. Я даже не задумываюсь над тем, как это сделано, потому что мне это не дано.
-- Комиками рождаются, как-то сказали вы мне...
-- Комиками рождаются, без сомнения. Так же, как рождаются артистами. Но без огранки любой бриллиант не имеет никакой ценности. Без ученичества, без хорошего мастера, наставника, вообще без школы театральной артиста не получится даже из самородка. Надо этот "брульянт" куда-то вправить, в какую-то оправу, которая ему соответствует. А для этого (к счастью или к сожалению? Думаю, что к счастью) надо много-много учиться. И не стесняться учиться в любом возрасте.
-- В детстве вам говорили: "Тебе только в клоуны идти"?
-- Да, конечно. У нас в школе была уборщица тетя Валя, такой колоритный персонаж, который я никогда не забуду. Если у меня появляются женские персонажи, я всегда как-то имею в виду ее. Она слово "клоун" произносила через "в" ("кловун", "радиво") и все время говорила, что мне только в "кловуны" идти. И я ее завет выполнил, как видите. Я вслед за Феллини, как бы это нескромно ни звучало, считаю, что клоун -- это высший пилотаж актерской профессии.
-- "Приятно вливать людям противогрустную вакцину" -- опять же ваши слова...
-- Да, дай бог только, чтобы она помогала. Я не очень уверен, что она спасительная. Впрочем, как и любая вакцина. Люди прививаются, допустим, от гриппа и все равно умудряются заболеть. Я думаю, что моя противогрустная вакцина действует только на протяжении вечера. Но уже неплохо! Сейчас, например, ко мне подошел парень за автографом и сказал, что у него сегодня день рождения. Я говорю: "Да как же ты решил?.. Почему не празднуешь?" А он отвечает, что это для него лучший способ отпраздновать. Ну и все, тут уж я "растопился"... Это же на самом деле очень приятно!
(От автора. А я знаю супружескую пару, которая пришла в тот вечер на концерт Ефима Шифрина, отметив таким образом свою внутрисемейную дату. И не пожалела! Это действительно был праздник!)
Светлана МАЗУРОВА, "Восточно-Сибирская правда"
18 ноября 2000г.
