"Весна 45-го принесла победу, а оркестр - бесконечные репетиции. Приближался исторический парад па Красной площади. Сводные полки отрабатывали шаг под музыку маршей оркестра частей Московского гарнизона. 1400 музыкантов смотрели на жесты генерал-майора Чернецкого. Выводили мелодию марша баритоны, ухали большие барабаны, взлетали на верхние ноты трубы и флейты. Но самое ответственное дело было у меня и у моих товарищей, стоявших с малыми барабанами. Под дробь наших барабанов солдаты особого батальона учились бросать тяжелые двухметровые палки.
И вот, наконец, наступило 24 июня. Кремлевские куранты пробили десять.
Взвилась волевая рука генерал-майора Чернецкого - капельмейстера сводного оркестра частей Московского гарнизона. И ожила вся площадь от бодрящей музыки.
Менялись марши, а воины все шли, шли. Но вот и оркестр тоже пошел на перестроение. Остановился. Тишина. Радио с площади передавало всему миру: «Минутная тишина. Вдруг начинают бить барабаны. Одни барабаны. Восемьдесят барабанов выстукивают сухую дробь. Бьют гулко, резко, сильно. Их звуки -заполняют всю площадь. Кажется, даже камни зданий гремят...»
А барабаны - впереди. Я бью дробь. Мне видно все. Я маленький, левофланговый, стою так близко, что даже слышу, как стучат о деревянные помосты брошенные древки гитлеровских знамен.
Первым полетел личный штандарт Гитлера. Самый рослый солдат с силой бросил его к подножию Мавзолея, а за ним застучали по деревянным настилам древки всех остальных знамен.
Бью в барабан и вижу, как солдаты в кожаных перчатках (чтобы не прикасаться голыми руками к нечисти фашистской) с сосредоточенными лицами, сознавая всю важность миссии, возложенной на них, гордо, как подобает победителям, бросают с презрением древки штандартов, отходят в сторону.
Сама природа участвовала в этом историческом событии. Набежавшая тучка поливала дождем камни площади, как бы омывая их от прикосновений тряпья гитлеровских разбойников.
Дробь моего барабана звучит все сильнее.
Эта дробь и сейчас звучит у меня в ушах, когда смотрю кадры кинохроники того незабываемого дня. Смотрю на экран и как будто вижу себя, вот здесь, с левой стороны за кадром... Я стою, юный солдат, в парадном кителе с барабаном на ремне... Рядовой солдат - музыкант оркестра Академии имени Фрунзе, артист эстрады, ныне - заслуженный артист РСФСР."
И вот, наконец, наступило 24 июня. Кремлевские куранты пробили десять.
Взвилась волевая рука генерал-майора Чернецкого - капельмейстера сводного оркестра частей Московского гарнизона. И ожила вся площадь от бодрящей музыки.
Менялись марши, а воины все шли, шли. Но вот и оркестр тоже пошел на перестроение. Остановился. Тишина. Радио с площади передавало всему миру: «Минутная тишина. Вдруг начинают бить барабаны. Одни барабаны. Восемьдесят барабанов выстукивают сухую дробь. Бьют гулко, резко, сильно. Их звуки -заполняют всю площадь. Кажется, даже камни зданий гремят...»
А барабаны - впереди. Я бью дробь. Мне видно все. Я маленький, левофланговый, стою так близко, что даже слышу, как стучат о деревянные помосты брошенные древки гитлеровских знамен.
Первым полетел личный штандарт Гитлера. Самый рослый солдат с силой бросил его к подножию Мавзолея, а за ним застучали по деревянным настилам древки всех остальных знамен.
Бью в барабан и вижу, как солдаты в кожаных перчатках (чтобы не прикасаться голыми руками к нечисти фашистской) с сосредоточенными лицами, сознавая всю важность миссии, возложенной на них, гордо, как подобает победителям, бросают с презрением древки штандартов, отходят в сторону.
Сама природа участвовала в этом историческом событии. Набежавшая тучка поливала дождем камни площади, как бы омывая их от прикосновений тряпья гитлеровских разбойников.
Дробь моего барабана звучит все сильнее.
Эта дробь и сейчас звучит у меня в ушах, когда смотрю кадры кинохроники того незабываемого дня. Смотрю на экран и как будто вижу себя, вот здесь, с левой стороны за кадром... Я стою, юный солдат, в парадном кителе с барабаном на ремне... Рядовой солдат - музыкант оркестра Академии имени Фрунзе, артист эстрады, ныне - заслуженный артист РСФСР."
Цитируется по Романов Р.И Маленькие новеллы о любви. Из дневника артиста. - М.: Издательский дом “Звонница-МГ”, 2006г.
После консерватории Романа приняли в театральное училище театра им. Моссовета, но и драматическим актером впоследствии он не стал, а нашел себя на эстраде. Здесь многочисленные таланты Романа Букина особенно пригодились. Он играл на музыкальных инструментах, руководил различными эстрадными коллективами, в частности женским оркестром, писал тексты интермедий, конферировал, отлично читал и пел свои песни… Во время войны Роман Иванович, поначалу участвовал во фронтовой бригаде артистов, затем выступал в госпиталях, а после войны стал весьма известен и популярен под псевдонимом Романов, работал в Мосэстраде, часто выступал по телевизору, был удостоен звания заслуженного артиста РСФСР (а на эстраде получить это звание тогда было ох как не просто).
Это нечто вроде катамарана. Сзади у него находятся два стакана, вернее, емкости, которые покачиваются с помощью привода на специальном коромысле. При этом один стакан, погружаясь в воду, наполняется ею, а из другого, выныривающего из воды, она выливается. А поскольку то из одного, то из другого стакана вода выливается, возникает реактивная сила, благодаря которой катамаран довольно шустро движется по водной поверхности. Оригинально, но пока применения «стаканоход» не нашел. Хотя, например, может быть использовано в необычных водных лыжах. На их задних концах надо установить такие стаканы, и лыжник, поочередно нажимая на лыжи, заполняет поочередно один из стаканов, пока из другого вода выливается, и реактивная сила толкает спортсмена вперед. Почему бы не попробовать?
2010124256). К нему Романов пришел после неудачных попыток создать инерцоид. Но и в безопорном движении он разочаровался, как и в вечном двигателе. Роман Иванович продемонстрировал нам действующую модель. Об этом изобретении ниже мы публикуем подробную статью Романова, скажем лишь, что мы увидели. К валу большого электродвигателя присоединен рычаг, на котором установлен малый электродвигатель. Роторы их вращаются в разные стороны. При этом основной большой электродвигатель крутит рычаг с малым движком, который Романов называет «электроном» его механического «атома». Когда рычаг находится с одной стороны, например справа, малый моторчик благодаря вращению своего ротора в противоположном направлении сопротивляется этому движению рычага: вот вам и опора. А когда этот «электрон» находится слева, он еще и подталкивает рычаг, а вместе с ним и весь «атом». На воде в ванне моделька поплыла. Романов говорит, что габариты ванны не позволяют установить на ней большой рычаг: тогда бы силы, которые развивает малый моторчик, резко увеличились и эффект стал бы куда значительнее. Но пока бассейна изобретателю никто не предоставляет.